Обереги

Охране молодых от порчи в ответственные для них дни свадьбы придавалось первостепенное значение. Существовало большое количество действий, предметов, которые, как считалось, обладали апотропейной силой. Последние большей частью входили в состав костюма брачащихся и других участников свадебного действа: их клали в обувь, в карманы, втыкали в одежду, обвязывали вокруг тела, подпоясывались, носили на шнурке, на шее, клали за пазуху, в рукав и т. д. Амулетами были части животных (особенно зубы и когти). Представление об их охранительных свойствах, может быть, восходит еще к тотемистическим представлениям. На Севере, в Олонецкой и Архангельской губерниях, амулетами считались волчьи и медвежьи зубы, челюсти щуки и коготь с пятого большого пальца рыси, которые носили на шнурке или цепочке. В с. Нокола Каргопольского у. под платье невесты подвязывали сеть и подвешивали щучьи зубы (против порчи). В с. Нименьге Онежского у. щучью челюсть клали над дверью, «чтоб не вошла болезнь». Медвежьи зубы в качестве талисмана, а щучьи как средство от болезней применяли коми. Любопытно, что у финнов делался орнамент на одежде «медвежьи зубы», а у хантов и манси — «щучьи челюсти» . Молодые, отправляясь в церковь, тайно брали с собою змеиную шкурку, найденную в лесу и высушенную. К этой группе оберегов, вероятно, следует отнести «земляного медведя» — крота, которого брала с собой невеста, но в церковь его вносить было нельзя, и она незаметно должна была его выбросить. К этому же типу оберегов следует отнести шерсть. Весьма значительна роль металла, как оберега у всех восточных славян. Металлические, к тому же острые, предметы клали в карман невесте (ножницы) и жениху (нож) в Пошехонском у. Ярославской губ. Общераспространенным оберегом на свадьбе были булавки, иголки (без ушей), воткнутые в одежду, в швы (нередко крестообразно). В старину - в XVI-XVII вв. оберегом являлся обнаженный меч, с которым дружко объезжал опочивальню молодых, что практиковалось на царских свадьбах. В Х1Х-начале XX в. оружие в виде сабли служило оберегом на украинской свадьбе (первоначально оно было настоящим). Крестьяне верили, что железо, особенно ржавое, притягивало к себе всякую болезнь, охраняя таким образом человека. Его носили на кресте. У дверей многих домов у порога вбивали скобы и подковы, «чтобы болезнь не входила в дом и оставалась на скобе или подкове». В противоречии с ярко выраженным апотропейным значением металла находилось представление белорусов о том, что брачащиеся, стоя под венцом, не должны были иметь ничего металлического, даже крестов. Есть упоминания об охранительном значении ртути у русских и белорусов. Ухват (рогач), и кочерга играли немалую роль в обрядах (в частности — на свадьбе), как бы подчеркивая связь с домашним очагом, которому приписывались охранительные и другие благотворные свойства. Замки считались лучшим средством для супружеского счастья, они как бы замыкали его. В первой половине XIX в. был такой обычай: как только молодые переступали порог дома, сейчас же замыкали замок, а ключ бросали в источник. Широкое распространение у русских имела рыболовная сеть как охранительное средство для невесты и жениха (а также для других участников свадьбы). Опоясывание куском сети по нагому телу отмечено в Олонецкой, Новгородской, Вологодской, Костромской, Пермской, Орловской, Воронежской, Тамбовской, Рязанской, Казанской и других губерниях. Вероятно, это надо объяснить наличием в ней большого количества узлов. Узел имел охранительное значение; «замок и узел, как символ силы слова получают значение запрещения, уничтожения порчи». Вместе с шелковым пояском жениху повязывали суровую нитку с 40 узлами. В Сердобском у. Саратовской губ. наблюдался следующий обычай: отправляясь к жениху с подарками, подруги невесты обязательно присоединяли к ним суровую нитку, изготовленную особым способом. Невеста пряла ее тайком на печном столбе, вращая веретено в левую сторону — «на отмаш», сучила ее также «на отмаш», завязывала шесть узлов, опять-таки «на отмаш»: первые два — на пороге избы, другие два — на пороге сеней, последние — у ворот. Половину этой нитки оставляла себе, другую отдавала жениху. Делалось это для того, чтобы якобы «отнять силу у колдунов», которым неизвестно, как и где изготовлялась эта нитка. Охранительное значение имел обычай опоясывать жениха по нагому телу лыком с 12 узлами (с прочитыванием 12 богородичных молитв), это действо якобы охраняло от всего дурного (Козьмодемьянский у. Казанской губ). Вместе с тем зафиксированы и такие обычаи, по которым молодая во время венчания распускала завязки юбки, передника, чулок, пояса (Гродненская губ), что ассоциируется с обычаями, облегчающими роды. Большую группу оберегов, использовавшихся для жениха и невесты, составляли обереги растительного происхождения. В представлениях народов Восточной Европы большое значение имела рябина, особенно она почиталась у русских и финнов. Ягоды, листья и почки рябины клали в обувь невесте и жениху. В других местах в обувь насыпали бодягу (на Севере), просо, пшено (южные губернии, Поволжье), льняное семя (у русских, белорусов). Волокно льна (как увидим ниже) имело большую связь с волосами, прической невесты. Все восточные славяне и многие другие народы приписывали льну очистительное и отвращающее свойство. Большую роль повсюду в качестве оберегов играли лук и чеснок, обычно их клали в карманы, у украинцев вплетали в «веок» невесты. Как писал Н. Я. Никифоровский, для предотвращения возможного чародейства во время следования к венцу мать невесты или близкая родственница завязывала в тряпочку головку лука или чеснока и клала невесте в карман. Обладающие острым запахом и вкусом лук и чеснок представлялись отгоняющими всякую нечисть. Если луковица в кармане почернела, значит, была напущена порча, от которой луковица якобы спасла невесту или жениха. Мак в качестве оберега употреблялся в южнорусских, белорусских и украинских семейных обрядах. Сильно пахнущие полынь и мята также были оберегами русских, украинцев, белорусов. Репью (вероятно, из-за его колючести) и венику (игравшим иногда роль девичьей красоты) также приписывалась апотропейная сила. Веники, украшенные лентами, бумажками («банченныя»), девушки несли на палках, провожая невесту в баню. Их же втыкали по дороге в баню. Они как бы охраняли и оказывали благотворное влияние на будущую брачную жизнь невесты. «Сила» веника заключалась, вероятно, в его растительном происхождении: он изготовлялся из веток дерева, главным образом березы. Дерево и вообще растительный мир играли большую роль в свадебном ритуале — напомню о свадебном еилъце или гилъце у украинцев и белорусов, елочке — у русских и белорусов, о роли на свадьбе снопов соломы. Рожа (роза) и червець были обычными оберегами у украинцев. Широкое распространение таких растений, как калина, барвинок, рута, васильки (украшавшие весельные енки, шаблю, вильце и пр.), по-видимому, связано с их апотропейными функциями, а также (как писали многие авторы) с символикой любви и брака. Хлебу (в виде зерна, колосьев, печеных изделий, дежи для теста и пр.) принадлежит важнейшая роль в карпогонических и апотропейных обрядах восточнославянского ритуала. То же значение придавалось и соли. Выше упоминалось о мыле, игравшем немалую роль в свадебных обрядах соединительного характера, а также служившего оберегом. Нитку янтарей (онтарий) (Белозерский у. Новгородской губ.; Галический у. Костромской губ. или же одну янтаринку на шейной цепочке (Любимский у. Ярославской губ.) надевала невеста, отправляясь к венцу. Янтарь, по представлениям крестьян, обладал свойством отгонять болезнь, порчу. В Сибири в качестве оберега брачащихся и участников свадьбы применялся (в материалах XVIII в.) воск от свечей, стоявших во время утренней пасхальной службы и запасаемых заранее дружкой; воск прикреплялся к нательным крестам или волосам.

« Назад - Далее » Рубаха.